Хотите фокус? Посмотрите сейчас себе на колени – видите кролика? Погладьте его, он такой милашка. Не увидели кролика? Что ж, фокус не удался. Попробуем по-другому.

В одном эксперименте (Kosslyn et al., 2000) людям показывали картинки, две из которых вы видите слева. Иногда, когда люди смотрели на цветной паттерн, им говорили, чтобы они видели его как черно-белый; а когда смотрели на черно-белый паттерн, говорили, чтобы видели цвета.

В одном условии люди «реально видели» цвета на черно-белой картинке, и «не видели» их на цветной. Это подтверждалось данными томографа. Дело в том, что все испытуемые были высокогипнабельными – так называют людей, которые легко поддаются гипнозу и выполняют практически все, что им внушают; именно такие люди – действующие лица всех чудесных трюков и эффектов гипноза.

Когда они были в обычном состоянии, они могли лишь притворяться, или воображать, что не видят цвета, где он есть, или видят его там, где его нет. Мысленное воображение цвета активирует fusifom gyrus (Brodmann 37) правого полушария. Это означает, что хорошее воображение может превалировать над восприятием, то есть, в буквальном смысле, воображаемая картинка может покрыть собой реально воспринимаемый объект.

В гипнозе у людей отмечалась дополнительно активация зоны цвета в левом полушарии, чего в условиях воображения не удается произвести. Такая активация характерна для гипноза. Однако к объяснениям насчет активации тех или иных регионов следует относиться с осторожностью. Мозг, как показывают некоторые исследования, оказывается еще пластичнее, чем мы думали. Цвета могут обрабатываться регионами мозга, о которых бы этого и не подумали (исследования с британским савантом Даниелем Тамметом).

Эксперимент с восприятием цвета в очередной раз продемонстрировал, что гипнотическое состояние – реальный феномен, а не просто притворство. Но это все прелюдия, показывающая то, что есть состояния, когда мы начинаем успешно верить в то, чего нет.

Мне всё это видится как любопытная задача: Как сделать так, чтобы через несколько минут какого-то воздействия любой человек мог «реально» увидеть цвета на черно-белой картинке? Чтобы он не мог  ответить на вопрос: Какая их этих картинок цветная?

Чтобы он, в конце концов, мог легко увидеть, что за слово написано на картинке ниже:

Чтобы он мог легко увидеть кролика у себя на коленях и погладить его. Чтобы даже вы, зная всю кухню воздействия, попадали бы под его влияние.

Решения у этой задачи есть. Одно мы видели – гипнотический транс, но решение это весьма неуклюжее, и не всем подходит. Нужно воздействие, которое происходит во время слайдшоу этих паттернов, и в конце, скажем, третьей минуты уже должен произойти эффект. Потенциально продуктивный способ — научиться синестезии, и сделать ее гибкой с самого начала.

Разумеется, метод, с помощью которого мы можем проделывать такое, применим для других, более полезных способностей, нежели цветоразличение. Без преувеличения, это — один из ключей к сверхспособностям.

Kosslyn, S. M., Thompson, W. L., Costantini-Ferrando, M. F., Alpert, N. M., & Spiegel, D. (2000). Hypnotic visual illusion alters color processing in the brain. American Journal of Psychiatry, 157(8), 1279-1284.

Для людей ближайшего будущего апгрейд мозга будет делом столь же обыденным, как утренняя зарядка

Человек всегда стремился к совершенству. Особенно когда этого совершенства можно достичь обходным путем. Мы возлагаем большие надежды на будущее – что наконец-то задачу усовершенствования человеческого разума и организма можно перепоручить биотехнологиям, генной инженерии, химическим и техническим инновациям. Мы ждем, когда наука позволит нам не тратить годы на освоение новых навыков и приобрести способности, о которых раньше даже не мечтали. Однако зачастую мы и не подозреваем, что такие обходные пути – мощные технологии перенастройки личности – существуют уже сейчас.

Предельно точно различать ложь, воспроизвести образ мышления успешных продавцов или снайперов, ориентироваться в пространстве как птицы – всему этому можно научиться и сейчас, причем для этого не нужно ни дорогой техники, ни генетической предрасположенности, ни многолетней практики. Хотя и у этого обходного пути есть своя цена. Какая? Об этом и поговорим.

Чему кошки учат летчиков

В конце 60-х годов прошлого века нейропсихолог Морис Барри Стерман ставил опыты на кошках: в ходе эксперимента животное должно было, например, нажать рычаг, чтобы получить еду. Однажды Стерман заметил, что перед тем, как кошка нажимает рычаг, она на мгновение застывает. В этот момент электроды, вживленные в сенсоримоторный участок мозга животного, регистрировали необычную активность. Стерман назвал ее сенсоримоторным ритмом (СМР).

Вообще-то Стерман изучал сны и сравнивал мозг в состоянии покоя и бодрствования. И вот оказалось, что СМР – этой особенной активности – соответствовало и необычное состояние организма: ясность намерений и готовность действовать при неподвижном теле, словно мозг и тело «поставили на паузу». Стерман и его студент обучили несколько кошек вызывать такое состояние в обмен на еду. Их исследование первым продемонстрировало существование нейронной обратной связи – способности регулировать функции мозга напрямую.

Кошками дело не закончилось. Чуть позже к Стерману по случайности обратились за помощью специалисты NASA. Они хотели выяснить степень токсичности монометилгидразина – одного из компонентов ракетного топлива, попадание которого в организм вызывало тошноту и судороги, а могло привести и к смерти. Стерман ввел дозу токсина своим пятидесяти кошкам. Большинство погибли, но некоторые продемонстрировали удивительно высокую устойчивость к судорогам. И это были именно те десять кошек, которых Стерман обучил вызывать сенсоримоторный ритм.

Тогда Стерман решил проверить найденную связь на людях. Маргарет Фейрбанкс, работавшая в той же лаборатории, страдала от эпилепсии, и лекарства ей не помогали. Она согласилась поучаствовать в эксперименте – научиться вырабатывать СМР. Обучение заняло три месяца, и после него Маргарет смогла довольно успешно подавлять приступы эпилепсии; она получила водительские права, в которых ей раньше отказывали. А затем многие люди, страдающие от эпилепсии, с помощью этого метода научились нормально жить со своим заболеванием.

К сожалению, и сейчас об этом методе мало кто знает, а регуляторы США и других западных стран официально не одобряют медицинское использование приборов для нейронной обратной связи. Формально это аппаратура для релаксации, а лечение с ее помощью эпилепсии или депрессии по-прежнему считается экспериментальным методом лечения. Поэтому и сеансы нейротерапии официально называются «обучением расслаблению».

Зловещая ирония в том, что самый заинтересованный и активный потребитель этих методик – армия. Еще полвека назад американские военные сравнивали электроэнцефалограммы (ЭЭГ) пилотов бомбардировщиков во время выполнения миссий на симуляторах. Оказалось, что мозг самых лучших летчиков играет впечатляющую симфон�