Выздоравливай, ебтвоюмать

матерные слова

18+ В этой заметке используется мат, не красного ради словца.

Жак Лорда, французский врач из Монпелье, один из первых нейроученых, описал в 1843 году случай, когда у одного священника случился инсульт и пропала речь, за исключением двух слов: Я и, пардон за мой французский, ебать (foutre). Впоследствии таких случаев было описано множество, но стеснительность по отношению к мату привела к игнорированию важных фактов нейронауки.

То, что случилось со священником, называется афазия Брока; афазий довольно много разновидностей, в зависимости от зоны поражения. Но вот на что обращалось недостаточно внимания за последние две сотни лет – именно на то, что чаще всего из всех слов выживали только матерные.

Вот, для примера, парочка реальных наборов слов у людей после афазии Брока:

  • Ну, ага, да, нет, блять, дерьмо.
  • Как дела, Господиисусе, дерьмо, уебки.

Чем эти слова (не только мат) отличаются от других, исчезающих при афазии, слов? Появилась гипотеза, что афазия бьет по «сознательному» корпусу слов, оставляя нетронутым набор импульсивной автоматической речи, что означало, что такие слова «базируются» где-то в другом месте.

Гипотеза подтвердилась, особенно в экстремальных случаях, когда у пациентов в ходе лечения рака удаляли всё левое полушарие. Люди не могли производить осмысленную речь, зато ругательства выходили четкими, без сучка и задоринки. Выходит, что автоматическая речь базируется в правом полушарии, и оставалось найти, где именно. Нашелся такой случай, что любопытно, всего один (вроде как) – мужчина, который умел ругаться как сапожник и любил это дело, но, в результате инсульта, потерял эту способность, вместе с возможностью воспроизводить и другие автоматические фразы и выражения: детские песенки, считалки и слова-паразиты.

Потенциальный источник был обнаружен – базальные ганглии, именно они были повреждены при инсульте, но это все равно что искать иголку в стоге сена, потому что этот регион мозга очень богат функциями. Что интересно, при синдроме Туретта обнаруживается патология в этом же регионе. Но оказалось, что копролалия, благодаря которой и известнен этот синдром, есть только у 10% больных, и используется несколько иной корпус ругательств. При копролалии мат скорее связан с частями тела и актами между ними, а при афазии Брока – матерные слова используются для выражения раздражения и удивления. Так что даже здесь все непросто.

Кстати, смешно будет, что если мы найдем пресловутые нейронные корреляты сознания, решим использовать их для претворения мечты трансгуманистов — переноса сознания на электронный носитель, и обнаружим, что все, что есть для переноса – это «ебаныврот», «сукаблятьговно» и «нахуйпошел».

Интересно, каков объем этого корпуса импульсивных слов и как он взаимодействует с другими активностями мозга. Что если таким образом создавать настоящий «когнитивный резерв» – в гораздо более буквальном смысле, чем используют это понятие обычно:  выбрать важные слова и запрограммировать, «вшить» их в себя, сделать их импульсивными, автоматическими, и, как следствие, повысить вероятность того, что они сохранятся даже при ударе веслом по голове или инсульте. Но какие слова важны: имя, адрес проживания, телефон?
Какие бы 10 фраз вы хотели бы сохранить на такой случай?

А если эти фразы импульсивного характера связаны с импульсивным поведением? Что любопытно, мы всегда с ним боремся, потому что оно, как правило, всегда неполезное. Мы импульсивно покупаем всякую хрень, едим всякую дрянь, и совершаем дурацкие поступки – и это факт, потому что мы узнаем на практике, позже, и можем оценить качество импульсивных решений.

Однако, сама природа импульсивного поведения должна нас удивлять своим суровым постоянством и непосредственностью, ведь мы готовы совершать глупости в любых условиях . Возможно, чем бороться с импульсивным поведением, например, в еде, нам стоит делать желаемое поведение импульсивным, и в том нам поможет мат?

Но есть вещи и поинтереснее. Например, я вспомнил про этот эксперимент:

«Ученые поставили небольшой эксперимент, проверяющий одно бытующее мнение. Людей просили опустить руку в ванночку с ледяной водой и засекали время. Чашка с водой, где плавает лед – типичное испытание для экспериментов с болью. Это весьма болезненно, но относительно безопасно.

Ругательства действительно уменьшают боль

В среднем люди выдерживали 1 минуту 43 секунды. Затем им предложили повторить, только в этот раз разрешили материться. И средний результат достиг 2 минут 7 секунд. Психолог Марджори Кон (Marjory Cohn) говорит, что исследования показывают, что когда мы начинаем ругаться, может активироваться реакция бегства-боя (fight or flight response), специфическое состояние симпатического отдела автономной нервной системы. Организм начинает интенсивно вырабатывать энкефалины (еnkephalin), которые уменьшают чувство боли. Не удивительно – энкефалин прикрепляется к опиоидным рецепторам. Так что, случись вам попасть молотком по пальцу, уронить что-то на ногу, или схватить что-то горячее, не стесняйтесь в выражениях» (цитата отсюда).

А недавно я случайно наткнулся на исследования, о том, как воздействия на автономную нервную систему останавливают и/или уничтожают рак. Я их еще не изучил досконально, но забегая слишком далеко, что делать нельзя,  но хочется, смею предположить, что правильно матерясь, можно даже трахнуть рак, тварь эту ебаную.

Bergen, B. K. (2018). What the F: What Swearing Reveals About Our Language, Our Brains, and Ourselves, New York : Basic Books.


Хороший день для начала

Видит бог, не рвался я вступать в эти воды вновь, но все привело к тому, что запускаю стартап по психологическим методам оздоровлению и омоложению. Парадигма стартапов — та еще хрень, но, несмотря на все присущие ей проблемы, на сегодня она остается наиболее понятной для продвижения идеи и превращения ее в продукт или сервис.

Недавно нашел, наконец-то, свою нишу, она компактная, не очень заметная, но в ней есть и интересные люди, и вызовы, и деньги. Это очень хорошо, потому что объяснять, чем я занимаюсь было сложно, но оказалось, что это только местный колорит, на западе всем понятно с первого предложения.  

То, что хочется сделать, превращается в несколько проектов:

  1. Приложения для персонального использования в любом месте и любое время. Это точно будет не нативное мобильное приложение, ибо это слишком дорогое и хлопотное решение в наши дни.

  2. Мобильные комнаты для различных симуляций: космических полетов, будущего,, креативности, биохакинга. Меня, конечно, интересует их возможности в плане значительного усиления эффекта приложений по оздоровлению, но если они прекрасно могут делать что-то еще, почему нет? Это будет представлять собой комнату, нашпигованную чудесами. Знаете эти ванны с солью, где лежишь в темноте? Вот, эти ванны в сравнении с комнатой — это как если бы ты оказался в Playboy Mansion, подрагивающему в предвкушении тотального грехопадения, но ты предпочел сесть в уголке и читать “Комсомольскую правду”. Я вот хотел бы сделать комнату для симуляции космического полета, причем чего стесняться и лететь на Марс: можно же сгонять к дальним планетам, и там получить дары продвинутой цивилизации.

  3. Использование этих элементов в соответствующих тематических средах, типа парка науки, ретритах или домов престарелых.

Так совпало, что одновременно запускаю эксперимент, о котором я напишу подробнее, но суть в испытании нескольких программ в домашних условиях. Приглашаются люди,  которых есть что-то в плане состояния здоровья, что можно измерить и что они хотели бы пофиксить. Это в двух словах, подробности позже.

Поэтому этот корабль-стартап поплывет, в любом случае. Как обычно, надо сделать тысячу дел, и кораблю нужна команда, капитан, боцман, флаг, пушки и много-много рома.


Сожми его крепче

сжать кактус

Метод функциональной ближнеинфракрасной спектроскопии (functional near-infrared spectroscopyfNIR), набирает популярность: он работает на тех же принципах, что и функциональная томография, но он компактный, относительно дешевый и бесшумный. Минусы у него тоже есть, например, свет не может проникать глубже 4 сантиметров в мозг. Это все к тому, что мы будем наблюдать больше исследований, которые покажутся смешными для людей, видящих в науке лишь происки эксцентричных британских ученых, а суть заключается в том, что доступность метода позволяет исследовать и сам метод, и гипотезы, которые можно проверять быстрее и дешевле.

Как раз, используя этот метод, австрийские и германские психологи (Wriessnegger et al., 2018) попросили одну группу людей мысленно сжать несколько раз резиновый мячик, а другую – кактус (!), возможно так, как это делает парень на фото.

Что выяснилось: воображаемое сжимание кактуса ( в отличие от сжимания мячика) вызвало неприятные ощущения у людей, и активацию регионов, которые входят в так называемую «матрицу боли», где различные виды боли регистрируются мозгом. Иными словами, что для стороннего наблюдателя за мозгом было бы сложно понять, сжимает человек кактус в воображении или в реальности.

Воображение — крутая способность, и это очень милое исследование вызывает множество смелых идей. О некоторых подобных экспериментах я писал ранее: Будущее настолько светло, что стоит надеть очки  и  Воображаемое плацебо.

Wriessnegger, S. C., Bauernfeind, G., Kurz, E.-M., Raggam, P., & Müller-Putz, G. R. (2018). Imagine squeezing a cactus: Cortical activation during affective motor imagery measured by functional near-infrared spectroscopy. Brain and Cognition, 126, 13-22.


Маленькая убойная история из Дании

старушкаВ начале 2000-х было проведено одно исследование в области здоровья пожилых, показавшее, что их участие в образовательных программах вроде как снижает смертность. Было решено провести исследование с большим количеством людей, и ученые начали его планировать. Для этого они отобрали 860 пожилых людей, и разделили их на две группы – контрольную и экспериментальную, путем случайного распределения, при этом сами участники эксперимента не знали, в какой группе оказались. Они вообще и не знали, что их поделили на группы. Сделав это распределение, ученые продолжили готовить исследование, а через полтора года решили обратить внимание на состояние готовности групп к эксперименту.

Выяснилось, что в экспериментальной группе смертность была значимо выше в сравнении с контрольной группой (p=0.003). Напомню, что с участниками исследования не делали ровным счетом ничего. Они даже и не знали, что там у ученых происходит. Но если бы ученые применяли в экспериментальной группе что угодно, результаты показали бы, что это убийственно плохо.

Ученые сами обалдели от такого результата, назвав его каким-то методологическим невезением, глюком, причин которого, впрочем, выяснить им не удалось.

Очаровательная история, на мой взгляд, которую стоит вспоминать, когда начинает казаться, что в чем-то уверен на 100%.

Vass, M. (2010). Prevention of functional decline in older people: The Danish randomised intervention trial on preventive home visits. København: Museum Tusculanum.


Хирургическое плацебо

хирургическое плацебоПлацебо — удивительный феномен, о котором, судя по всему, мы знаем еще очень мало. Неслучайно именно поэтому, как и другие чудесные штуки в этом мире, плацебо привлекает весьма небольшой круг исследователей. Эта заметка — рабочий конспект по прочитанной книге. В моих собственных исследованиях плацебо занимает большую роль, и я интересуюсь им очень активно, и написал в этом блоге несколько статей.

Плацебо – инертная субстанция, которая физически не может производить никаких изменений в организме. Например, мы знаем что аспирин физически подавляет синтез простагландинов, и этим объясняется его болеутоляющее действие. Таблетка плацебо, состоящая из целлюлозы и лактозы, физически не может влиять на синтез простагландинов, и в этом контексте является плацебо аспирина.

Эффект плацебо, впрочем, — совсем другое дело. Тут вступают в игру не физические, а психологические факторы. Одним из них является восприятие процесса лечения. Эффект, вернее даже, эффекты плацебо – не такая простая штука, как кажется на первый взгляд.

Когда мы начинаем лечить человека, и он излечивается, то мы склонны построить причинно-следственную связь между этим результатом и тем, что мы делали. Хотя в первую очередь следовало бы исключить следующие причины:

  • Произошло натуральное исцеление. Это бывает сплошь и рядом, потому что наш организм только этим постоянно и занимается в нормальном рабочем состоянии.
  • Произошла регрессия к средним значениям. Она происходит всегда, и является наиболее частой реальной причиной происходящего в мире.
  • Люди получают другую терапию/лечение в то же самое время.
  • Массаж данных – когда исследователь начинает играть с результатами так, чтобы вытащить какой-то эффект. Такое манипулирование данными при упорстве и изобретательности обязательно принесет какой-то статистически значимый результат. Это плохое и недостойное поведение, но оно происходит сплошь и рядом.

Прочитал книгу Иена Харриса, австралийского хирурга-ортопеда Surgery, the Ultimate Placebo, и был, конечно, поражен ситуацией (Harris, 2016). Я знал о некоторых операциях, которые, по результатам очень качественных экспериментов оказывались не лучше плацебо. Операций с такой же эффективностью оказывается, гораздо больше.

Операции, которые не лучше плацебо, иными словами, бесполезные, как  доказано в плацебо-контролируемых экспериментах:

  • Операция по блокированию артерии в грудной клетке для увеличения притока крови при стенокардии (angina pectoris).
  • Трансплантация дофаминергетических клеток в мозг при болезни Паркинсона.
  • Операция по снижению или выравниванию давления во внутреннем ухе при болезни Меньера.
  • Операция по закрытию открытого овального ока в сердце для лечения мигрени.
  • Артроскопия коленного сустава при артрите (только в США делают около миллиона таких операций в год).
  • Артроскопия коленного сустава при разрыве мениска.
  • Внутридисковая электротермальная терапия при болях в позвоночнике.
  • Операция по обработке мышц при боковом эпикондилите («локте теннисиста»).
  • Вертебропластика – введение костного цемента в тело позвоночника.
  • Операция по денервации (повреждению) почечного нерва для лечения гипертонии

Другие операции с доказанной неэффективностью:

  • Лоботомия – по киношному ужасная операция, которая, впрочем, изначально предполагалась как средство лечения психиатрических заболеваний. Автор операции получил Нобелевскую премию.
  • Радикальная мастэктомия.
  • Операция по внутричерепному-внечерепному обходу для улучшения мозгового кровообращения.
  • Операция при синдроме плики

Операции которые вызывают много вопросов по эффективности и необходимости:

  • Спондилодез – сращивание позвонков для обездвижения части позвоночника для лечения многих патологий.
  • Операция при рассеянном склерозе.
  • Гистерэктомия, удаление матки.
  • Кесарево сечение.
  • Артроскопия коленного сустава.
  • Операция по удалению аппендикса (имеется в виду превентивное удаление или удаление его, когда можно было бы обойтись другими мерами).
  • Коронарное шунтирование.
  • Установка венозного фильтра при тромбозе глубоких вен.
  • Закрепление блуждающей почки

Как отмечает доктор Харрис, лист операций мог бы быть продолжен. В основном он взял те, в которых хорошо разбирается.

Поразительно в этом почти все: так, например, большое исследование (Kallmes et al., 2009) убедительно доказало, что вертебропластика – не лучше плацебо. Несмотря на это операцию продолжают делать, страховые компании выплачивают по ним страховки, и даже главный автор исследования Дэвид Каллмз сам продолжает их делать!

Но почему люди тратят массу времени, средств и усилий на бесполезные, неэффективные или откровенно бессмысленные операции? Тому есть несколько причин:

  • Финансовые интересы всех участвующих в процессе,
  • Предвзятость и
  • Косность мышления.

Harris, I. (2016). Surgery, the Ultimate Placebo: A Surgeon Cuts Through the Evidenсe, Sydney : NewSouth Publishing.

Kallmes, D. F., Comstock, B. A., Heagerty, P. J., Turner, J. A., Wilson, D. J., Diamond, T. H., . . . Jarvik, J. G. (2009). A Randomized Trial of Vertebroplasty for Osteoporotic Spinal Fractures. New England Journal of Medicine, 361(6), 569-579.


Двери в другие миры

how_to_change_your_mind

В мае вышла книга Майкла Поллана How to Change Your Mind: The New Science of Psychedelic. Я читал его книги, и упоминал их в этом блоге — Несекретная жизнь растений.  Его книги всегда касались растений и еды, и тема психоделиков показалась мне как-то не его cup of tea. Но я вспомнил его рассуждения в книге Botany of Desire о том, что в то время как тысячи растений исчезают с планеты, некоторые растения добились колоссального успеха именно за счет того, что давали нам то, что мы хотели, создавая нерушимый симбиоз. Марихуана – один из примеров, и неслучайно, за единичным исключением (инуиты), все племена и народы с начала истории целенаправленно употребляли определенные растения для изменения сознания. В одном интервью Майкл сказал, что всегда интересовался тем, что мы кладем себе в рот, что меняет наше сознание, будь это кофе, шоколад или грибы. Таким образом, психоделики – часть спектра всего, с чем мы соприкасаемся, соединяемся и едим.

Я не торопился ее прочитать, даже несмотря на соблазнительное для меня название (How to change your mind), даже после того, как она стала бестселлером, и даже после нескольких просмотренных интервью, но восторженные отзывы людей, мнение которых я ценю, все же заставили меня отодвинуть другие книги и взяться за нее.

И не зря. Пожалуй, ничего лучше (я всего лишь на 40 странице) за последнее время относительно того, о чем я думаю, и в чем заключается  проект Ко3мната, я не встречал. Он пишет, например, об исследовании гарвардских ученых 2006 года, давших псилоцибин группе участников эксперимента, и те впоследствии описывают опыт как один из самых осмысленных и значительных событий жизни. В Ко3мнате – тоже самое, только без психоделиков – это путешествие к себе, которое невозможно забыть.

Майкл пишет: «Это было, словно тебе показали дверь в знакомую комнату – комнату твоего разума, которую ты почему-то никогда раньше не замечал, и ученые, люди которым ты доверяешь, говорят, что совершенно иной способ мышления и бытия ждет тебя за той дверью. Все что тебе надо сделать – повернуть ручку и войти» (Pollan, 2018). Лучше и не скажешь. Это напомнило мне рассказ, прочитанный в детстве, «Дверь в стене» Герберта Уэллса.

Это все – очень вовремя, и огромный интерес публики и восторженные отзывы говорят о том, что люди хотят разбираться в себе и быть лучшей версией себя, и о том, что в обществе – огромный дефицит в настоящих, эффективных инструментах для самопознания. Для нахождения себя, в конце концов, ведь неслучайно, единственная реальная причина, по которой власти во все времена запрещали психоактивные вещества — для ограничения свободы и инакомыслия.

Как сказал один из героев книги, психолог Билл Ричардс, по поводу описании ощущений под псилоцибином, и что можно также сказать про ощущения пребывания в Ко3мнате (когда она будет оборудована полностью): «Представь пещерного человека, перенесенного в центр Манхэттена. Он видит автобусы, смартфоны, небоскребы, самолеты. Затем быстро переносим его назад в пещеру. Что он скажет по поводу увиденного? «Это было большое, невероятное, громкое». У него нет слов «небоскреб», «лифт», «смартфон». Ему нужны эти слова, чтобы описать свой опыт. Это как если бы у нас всего пять карандашей, а нам надо пятьдесят тысяч оттенков» (Pollan, 2018).

И книга, к моему облегчению, ответила на вопросы, которые мучили меня – ведь меня естественно одолевали сомнения, и недоумение, почему многие просто поразительные и захватывающие дух вещи не вызывают у людей достойной реакции. Теперь-то я понимаю.

Рекомендую почитать. Нас очевидно ждет ренессанс самопознания, в том числе, и с помощью психоделиков, и в нем стоит поучаствовать.

PS. В целях блюдения законов РФ я должен недвусмысленно заявить, что ни в коем случае не призываю пробовать вот это вот все, и гневно осуждаю всех, кто это вот затевает это вот все! И книга эта бесовская. и вот пусть американцы сами все это съедят и отправятся к сатане. У нас есть свои исконные разрешенные психоактивные сущности: водка, обещания путина и славные победы в прошлом. Спаси и сохрани!

Pollan, M. (2018). How to Change Your Mind: The New Science of Psychedelics, London : Penguin Books Limited.