В 1960-х годах канадский нейрохирург Уайлдер Пенфилд сделал революционное открытие, вставляя тонкие электроды в мозг пациентов во время операций. Он обнаружил, что мозг содержит «карты тела» – соматосенсорную кору, отвечающую за ощущения от тела, и моторную кору, управляющую движениями.

Эти карты удивительны: соседние участки тела представлены соседними участками мозга. Но самое поразительное – эти карты не являются генетически предопределенными. Вместо этого они формируются и изменяются под влиянием опыта тела в мире. Например, если человек теряет руку в результате несчастного случая, области мозга, которые раньше контролировали эту руку, переключаются и начинают управлять соседними мышцами руки, такими как бицепс и трицепс, всего за несколько недель. Нейроны «переназначаются», чтобы управлять доступным «оборудованием».

«Моторное лепетание»: Как мозг учится управлять чем угодно

Этот принцип адаптации открывает двери для перестройки наших телесных планов. Мы видим это повсюду: в случае с Мэттом Штуцманом, который родился без рук, но стал лучшим в мире лучником, используя ноги и шею. Или с собакой Фэйт, родившейся без передних лап, которая научилась ходить на двух задних ногах, как человек. Эти примеры показывают, что мозг не «запрограммирован» на управление конкретным типом тела; он адаптируется, чтобы двигаться и взаимодействовать с миром с тем «оборудованием», которое у него есть.

Мы это делаем так же, как младенцы учатся говорить – через «моторное лепетание». Младенцы экспериментируют со своими конечностями: кусают пальцы на ногах, хлопают себя по лбу, трогают волосы. Они учатся, как их двигательные команды соотносятся с сенсорной обратной связью. Таким же образом мы учимся ездить на велосипеде – наш мозг адаптируется к новой, расширенной схеме тела, регулируя движения в ответ на обратную связь из мира, такую как «ты падаешь» или «ты врезаешься в мусорный бак».

Воображение как мостик к новым возможностям

Ключевым аспектом этой адаптации является роль воображения. В случаях с пациентами с синдромом «запертого человека» или параличом, исследователи смогли использовать мозговые сигналы для управления внешними устройствами.

• Джонни Рэй, пациент с синдромом «запертого человека», мог управлять компьютерным курсором, просто воображая движение.
• Мэтт Нейгел, парализованный бывший футболист, смог контролировать свет, открывать электронную почту и играть в видеоигры, благодаря электродам, имплантированным в его моторную кору. Он представлял движение своих мышц, что вызывало активность в его моторной коре, и исследователи могли «считывать» это намерение.
• Женщина по имени Джен Шерман, парализованная из-за заболевания, получила контроль над протезной рукой, просто воображая движения. Ее мозг учился управлять новой конечностью так же, как он бы учился управлять велосипедом с обратным рулем или серфбордом.

Даже обезьяны, которым имплантировали электроды, могли управлять роботизированной рукой, чтобы взять зефир, используя только воображение, без какого-либо физического движения своих собственных рук. 

Будущее: Теле-конечности и виртуальные тела

Способность мозга интегрировать новые конечности не ограничивается восстановлением утраченных функций. Уже в 2008 году обезьяна с двумя нормальными руками использовала свои мысли для управления третьей, металлической рукой. Это напоминает Доктора Осьминога из Человека-паука, который мог управлять своими роботизированными щупальцами, выполняя при этом другие задачи своими обычными руками. То, что когда-то было чистой научной фантастикой, теперь становится реальностью.

Новые тела можно исследовать не только с помощью дорогих роботов, но и в виртуальной реальности (VR). В виртуальном пространстве можно мгновенно и недорого внести массовые изменения в свой телесный план. Представьте, что вы смотрите в VR-зеркало и видите себя с огромной рукой размером со строительный кран, или становитесь восьминогим лобстером, или даже мухой с крыльями. В течение нескольких минут «моторного лепетания» перед VR-зеркалом, мозг убеждается, что вы действительно обитаете в новом теле.

Это понятие, известное как «гомункулярная гибкость» (homuncular flexibility), описывает поразительную эластичность представления мозга о собственном теле. Исследователи показали, что люди могут научиться точно управлять третьей рукой в VR всего за три минуты. Нет никаких пределов физическим данным или телесным планам, которые можно исследовать.

Суть самости: Что мозг может контролировать, становится частью «Я»

Этот процесс ведет к глубокому пониманию нашего «Я»: то, что тело может контролировать, становится самим собой. Это основано на предсказуемости: если сигналы из моего мозга вызывают предсказуемое событие во внешнем мире, это становится частью меня.

Если мы создадим роботизированные крылья и научимся управлять ими своим воображением, как своими руками, мы сможем летать над городом. Наше потомство не будет ограничено границами своих тел, а сможет распространиться по всей вселенной, управляя тем, что находится под их контролем.

Мы вступаем в эру, когда наши виртуальные идентичности не будут ограничены телами, которые мы унаследовали в результате долгого эволюционного пути. Вместо этого мы можем ускорить эволюцию от эонов до часов, исследуя тела, которые Мать-природа и представить себе не могла, делая виртуальные аватары реальными для нашего мозга.

Многие думают о воображении как мечтании о чем-то несбыточном, как что-то относящееся к  художественному творчеству или детским фантазиям. Но воображение — фундаментальная когнитивная способность, критически важная для прогнозирования, планирования и адаптации к меняющимся условиям. В основе лежит ментальная симуляция – способность мозга создавать внутренние представления событий, действий и состояний, которые могут не происходить в данный момент. Ментальная симуляция —  активный процесс, способный влиять на наши предпочтения и поведение.

Разрыв эмпатии и телесные состояния

Наши предпочтения и поведение в значительной степени определяются текущими внутренними телесными ощущениями, такими как голод, жажда, холод, боль или сексуальное возбуждение. У нас происходит недооценка того, как эти состояния влияют на наши будущие решения. Это явление известно как «разрыв эмпатии».

Например, человек, находящийся в комфортной и сытой обстановке, может недооценивать, насколько сильно голод повлияет на его выбор еды или размер порции. Аналогично, планируя поездку в холодный климат, находясь в тепле, трудно в полной мере осознать потребность в теплой одежде. Исследования показывают, что даже при наличии предыдущего опыта сильных телесных состояний, таких как боль, люди демонстрируют удивительно низкую способность ярко вспомнить это состояние или предсказать, как оно повлияет на кого-либо (включая их самих), когда они не испытывают его в данный момент.

Этот когнитивный разрыв приводит к субоптимальным суждениям и решениям, поскольку текущее телесное состояние искажает нашу способность адекватно прогнозировать будущие предпочтения. Предупреждения о влиянии телесных состояний или простое воспоминание о них, как правило, не помогают преодолеть этот разрыв. Но, как показывают исследования, целенаправленная ментальная симуляция может служить заменой реальному опыту.

Ментальная симуляция как замещение опыта

Ментальная симуляция – это не просто воспоминание о прошлом или предсказание будущего, это «подражательное представление» реальности. Воображая событие в деталях, можно вызвать те же последствия, что и при реальном переживании, хотя и в меньшей степени. Этот феномен, известный как «симуляция как замещение» (simulation-as-substitution), наблюдается в различных областях:

• Физическая практика: Ментальная репетиция может заменить физическую практику игры на музыкальных инструментах или выполнения сложных хирургических операций.
• Привыкание: Симуляция многократного потребления пищи приводит к привыканию к этой пище, подобно реальному потреблению.
• Физиологические эффекты: Воображение паука или болезненного опыта может увеличить активацию симпатической нервной системы. Симуляция укуса лимона может вызвать слюноотделение.

Это работает, потому что ментальная симуляция задействует те же нейронные сети, которые активируются при реальном опыте. Это позволяет создавать правдоподобные альтернативные реальности, воображая конкретные и специфические события.

Прервем теорию практическим упражнением:

Упражнение 1: Симуляция телесных состояний для лучшего планирования

Цель: Преодоление «разрыва эмпатии» и улучшение прогнозирования собственных предпочтений и поведения в различных висцеральных состояниях.

Инструкция: 

1. Выбор состояния: Выберите телесное состояние, которое вы не испытываете в данный момент, но которое может повлиять на ваше будущее решение. Примеры: жажда перед длительной прогулкой, зуд (от комариных укусов) перед походом в лес. 

Примеры телесных состояний:

• Жажда: Ощущение потребности в воде.
• Тошнота: Неприятное чувство в желудке, часто предшествующее рвоте.
• Усталость/Утомление: Ощущение снижения энергии и потребности в отдыхе.
• Сонливость: Сильное желание спать.
• Сексуальное возбуждение: сильное, захватившее все внимание желание секса
• Боль (общая, разлитая): Например, головная боль, мышечная боль, боль в животе.
• Зуд: Неприятное ощущение, вызывающее желание почесаться.
• Головокружение: Ощущение неустойчивости, вращения.
• Одышка/Удушье: Ощущение нехватки воздуха.
• Ощущение наполненности/распирания: Например, в мочевом пузыре или кишечнике, вызывающее потребность в опорожнении.
• Чувство жжения/изжога: Ощущение жжения в пищеводе.
• Озноб: Ощущение холода и дрожи, часто связанное с лихорадкой.
• Приливы жара: Внезапное ощущение тепла, часто сопровождающееся покраснением кожи, потоотделением.
• Чувство дискомфорта в желудке: Неопределенное неприятное ощущение, не обязательно тошнота.
• Мышечные судороги: Непроизвольное сокращение мышц, вызывающее боль.
• Ощущение покалывания/онемения: Например, в конечностях.
• Сердцебиение/тахикардия: Субъективное ощущение учащенного или сильного биения сердца.
• Чувство давления (например, в голове, груди): Ощущение сдавливания.
• Чувство жжения в мышцах после нагрузки: Вызванное накоплением метаболитов.

2. Детализация сценария: Представьте себя в ситуации, когда вы испытываете это состояние. Используйте все сенсорные каналы:
   Зрение: Что вы видите? (например, пустой холодильник, темное небо, снег за окном).
   Слух: Что вы слышите? (например, урчание в животе, стук зубов, скрип снега под ногами).
   Осязание: Что вы чувствуете? (например, слабость в теле, дрожь, холодный ветер на коже).
   Обоняние/Вкус: Какие запахи или вкусы присутствуют? (например, запах еды, которой нет, ощущение сухости во рту).
   Эмоции: Какие эмоции вы испытываете? (например, раздражение от голода, дискомфорт от холода). 
3. Принятие решения: В этом симулированном состоянии примите решение или спланируйте действие. Например, если вы симулируете сильный голод перед походом в магазин, представьте, как вы будете выбирать продукты, и какие именно продукты вы купите. Если вы симулируете холод, представьте, какую именно одежду вы наденете и сколько слоев. 
4. Анализ: Сравните это решение с тем, которое вы приняли бы в нейтральном состоянии. Отметьте различия и сделайте выводы о влиянии висцерального состояния.

Пример: Планирование ужина после долгого рабочего дня. Вместо того чтобы решать, что приготовить, будучи сытым, симулируйте сильный голод и усталость. Представьте, как вы приходите домой, чувствуете опустошение и желание съесть что-то быстрое и калорийное. У вас возникнут простые и здоровые варианты готовки или заказа еды, чтобы избежать импульсивных и менее здоровых решений.

Эта тема взята из курса по тренировке воображения, и в курсе она раскрывается дальше и предлагается больше упражнений. Подписывайтесь на телеграм-канал по методам развития воображения сейчас и вы будете включены в раннюю регистрацию на тренинг, который стартует 1 сентября: https://t.me/imaginationtraining

Это продолжение, первая часть: Лебединые песни.

“Гуси -лебеди” — название известной русской народной сказки, где эти птицы служат Бабе-яге и уносят детей. Многие, кто знаком со сказкой, чувствовали мимолетное отвращение — от этих птиц такого не ожидалось, и это воспринималось как подлое предательство. 

Предыдущая заметка заканчивалась вопросом к читателям предложить потенциальных черных лебедей. Это очевидный вопрос, но ответ на него парадоксален: пытаться представить и предсказать конкретного очередного «черного лебедя» — это бесполезное и даже вредное занятие.

По самой своей природе «черный лебедь» непредсказуем. Если бы мы могли его представить, он бы перестал быть «черным лебедем». Все эксперты, которые пытались предсказать «следующий кризис», как правило, ошибались в его форме, времени и причине.

Несмотря на то, что вопрос парадоксален, мы все равно его задаем и все равно хотим предположить, какие лебеди могут к нам прилететь. Например: 

• Внезапное появление общего искусственного интеллекта (AGI): Вместо постепенного развития, одна из моделей ИИ неожиданно, допустим, завтра, демонстрирует самосознание, способность к абстрактному мышлению и самостоятельному целеполаганию на уровне человека или выше. Это может привести к неконтролируемому технологическому скачку в течение нескольких дней или недель, решению глобальных проблем (болезни, климат) или, наоборот, к экзистенциальной угрозе, если цели AGI не будут совпадать с человеческими.
  
• Коллапс современной криптографии: Обнаружение уязвимости в фундаментальных алгоритмах шифрования (например, RSA или ECC), на которых построена безопасность всего интернета, банковских систем и государственных секретов. Это может быть достигнуто с помощью нового математического прорыва или появления достаточно мощного квантового компьютера. Последствия — мгновенный хаос в мировой финансовой и информационной системах.
• Резкий и неожиданный коллапс крупной мировой державы: Не постепенный упадок, а внезапный распад ключевого государства из-за внутреннего кризиса, который не был виден внешним наблюдателям. Это приведет к вакууму власти, глобальной нестабильности, масштабным миграционным потокам и перекройке всей мировой политической карты.
  
• Создание неожиданного и мощного военно-политического союза: Формирование альянса между странами, которые ранее считались антагонистами, с целью установления нового мирового порядка. Такой союз может радикально изменить баланс сил и бросить вызов существующим международным институтам.
• Открытие нового источника практически бесплатной энергии: Например, прорыв в области холодного ядерного синтеза или создание технологии, позволяющей эффективно извлекать энергию из вакуума. Это мгновенно сделает ископаемое топливо и большую часть существующей энергетики устаревшими, что приведет к полному краху экономик, основанных на экспорте энергоресурсов, и глобальной экономической перестройке.
  
• Сбой в базовой инфраструктуре мировых финансов: Неожиданный отказ не конкретного банка, а центральной системы, обеспечивающей межбанковские расчеты (например, SWIFT или Fedwire) из-за сложной кибератаки или внутреннего сбоя. Это парализует мировую торговлю и финансовые рынки на неопределенный срок.
• Запуск необратимой климатической петли обратной связи: Резкое и масштабное высвобождение метана из вечной мерзлоты или подводных гидратов, которое вызовет скачкообразное, а не постепенное, повышение глобальной температуры. Это может привести к экстремальным погодным явлениям такого масштаба, к которым человечество совершенно не готово.
  
• Обнаружение глобального загрязнителя в повсеместно используемом материале: Выявление того, что определенный тип микропластика, химиката или материала, считавшегося безопасным и используемого по всему миру, обладает крайне токсичными свойствами для человека или экосистем. Это потребует его немедленного изъятия из оборота с колоссальными экономическими и социальными последствиями.
• Пандемия с высокой летальностью и скрытым распространением: Появление нового вируса (природного или созданного в лаборатории), который имеет длительный инкубационный период без симптомов, легко передается и обладает летальностью на уровне 30-50%. COVID-19 показал уязвимость мира, но вирус с такими характеристиками может привести к коллапсу цивилизации.
  
• Открытие механизма «отключения» старения: Научный прорыв, позволяющий радикально замедлить или остановить процесс старения у людей. Это вызовет не только этический, но и колоссальный социальный и экономический кризис: перенаселение, коллапс пенсионных систем и беспрецедентное неравенство между теми, кто имеет доступ к технологии, и теми, кто его не имеет.

Но еще раз: настоящие «черные лебеди» по определению непредсказуемы. Приведенные примеры — это упражнения в мышлении, которые помогают нам осознать хрупкость нашей жизни и подготовиться к неожиданностям в более широком смысле, повышая общую устойчивость общества.

Об этом — в третьей части.

Подписывайтесь на телеграм-канал по методам развития воображения сейчас и вы будете включены в раннюю регистрацию на тренинг, который стартует 1 сентября: https://t.me/imaginationtraining

Наше воображение становится менее ярким, если мы используем неродной язык. Такое главное заключение исследования психологов из Чикагского университета (Hayakawa & Keysar, 2018). В серии нескольких экспериментов, устраняя иные возможные объяснения, они приходили к такому выводу.

Так, в одном эксперименте приняло участие 360 человек. Половина из них делала задачи на родном, английском языке, а вторая группа – на иностранном языке, на испанском, который они знали достаточно хорошо. Всех просили мысленно вообразить 35 различных сенсорных сценок в разных модальностях. Например: в визуальной – представить как солнце садится за горизонт, в слуховой – как хлопают в ладоши, в тактильной – как просыпается сквозь пальцы песок, в моторной – как они бегут по ступенькам, в густаторной – какова на вкус соль, в олфакторной – почувствовать запах свежей краски, и в телесной – представить как болит горло.

После воображения участники оценивали яркость того, как это у них получилось, по 7-ми балльной шкале.

Обратите внимание, что вкус и обоняние (густаторная и олфакторная модальности) получились в воображении не хуже, а то и лучше. Сами исследователи считают, что это связано с тем, что в испанском с этими модальностями получше, из-за колоритной испанской кухни. Получается почти, как писал Ломоносов: «Карл V, римский император, говаривал, что испанским языком с Богом, французским — с друзьями, немецким — с приятелями, итальянским — с женским полом говорить прилично».

Отчасти, в этом что-то есть:

Мы уже знаем, что когда мы используем второй язык, мы решаем моральные проблемы гораздо прагматичнее (Corey et al., 2017). Поэтому если вам надо принять непростое моральное решение, попробуйте подумать об этом на втором, неродном языке, капиш, рэ?

Мы совершаем меньше ошибок мышления, иными словами, более рациональны и логичны на втором языке (Boaz, Sayuri, & Sun Gyu, 2012).

Иностранный язык даже уменьшает силу суеверий (Hadjichristidis, Geipel, & Surian, 2017). Так что если вы увидите черную кошку, нагло переходящую вам дорогу, выругайтесь на нее на немецком языке, как это сделал бы гитлер в свои лучшие годы, и идите себе дальше.

Однако иностранный язык, если использовать в обсуждении концепций, например, «путешествия на самолете», «изменения климата» или «биотехнологии» ведет к искажению восприятия рисков. Риски кажутся меньше, а выгода – больше (Hadjichristidis, Geipel, & Savadori, 2015).

Еще больше интересных фактов я описывал в статьях Честь семьи брокколи и в статье
私はこれを行うか？ и Мюравэ никада нэ спит!

Возникают интересные вопросы насчет международной политики, когда одни чиновники вынуждены всегда использовать второй язык, как официальный язык международной организации. В одной среде они становятся морально жесткими, предельно рациональными, без суеверий и предрассудков, меньше видят опасностей, и вообще плохо воображают. А другие слушают это и думают, что ж за люди такие такие: без искры, без чувств, и без воображения?

Итак, еще раз: если вы хотите яркости и насыщенности, воображайте и мечтайте о хорошем на родном языке. А если вам лезут мысли о плохом, переключитесь на ваш второй язык, чтобы оно стало блеклым и исчезающим.

Boaz, K., Sayuri, L. H., & Sun Gyu, A. (2012). The Foreign-Language Effect: Thinking in a Foreign Tongue Reduces Decision Biases. Psychological Science, 23(6), 661-668. doi: 10.1177/0956797611432178

Corey, J. D., Hayakawa, S., Foucart, A., Aparici, M., Botella, J., Costa, A., & Keysar, B. (2017). Our moral choices are foreign to us. Journal of Experimental Psychology. Learning Memory Cognition, 43(7), 1109-1128.

Hadjichristidis, C., Geipel, J., & Savadori, L. (2015). The effect of foreign language in judgments of risk and benefit: The role of affect. Journal of Experimental Psychology. Applied, 21(2), 117-129.

Hadjichristidis, C., Geipel, J., & Surian, L. (2017). Breaking Magic: Foreign Language Suppresses Superstition. The Quarterly Journal of Experimental Psychology, 1-36. doi: 10.1080/17470218.2017.1371780

Hayakawa, S., & Keysar, B. (2018). Using a foreign language reduces mental imagery. Cognition, 173, 8-15. doi: https://doi.org/10.1016/j.cognition.2017.12.010