Люди вступают в случайные сексуальные связи, в секс без обязательств, по разным причинам. Причинами могут быть: удобный случай, алкоголь, скука, одиночество, внезапная страсть, ссора с партнером, и прочее.

После такого секса у людей возникают также разные эмоции: одиночество, тоска, обида, сожаление, уверенность, счастье, удовлетворение и прочее.

Ученые в одном исследовании (McKeen et al., 2022) пытались понять, какие факторы влияют на то, что случайный секс однозначно принесет позитивные эмоции. Из всевозможных переплетений мотиваций и эмоций, только один фактор точно предсказывал, что такой секс принесет удовольствие: быть мужчиной.

Часть первая | Часть вторая | Часть третья

Каждую секунду каждого дня на планете Земля происходит 18 000 эякуляций спермы и 4,4 родов. Суровая реальность состоит в том, что сперма (и мужчины, которые ее производят) биологически дешевы, по сравнению с яйцеклетками (и женщинами, которые их вынашивают). Стоит помнить о подобных фактах, чтобы противостоять непрекращающемуся желанию людей притворяться, что мы не являемся, по памятной фразе Мартина Дейли, «просто еще одним видом животных».

Мы — сексуально диморфный вид, и мужчины и женщины отличаются друг от друга. Эволюция создала нас разными. Осознание того, что мы развивались медленными шагами, а не просто появились на свет в результате акта творения, имеет свои последствия. Во-первых, это означает, что у мужчин и женщин своя отдельная эволюционная история, возникшая в результате разного (хотя, конечно, не полностью разного) давления отбора. Сопротивление этой истине — притворство, что мужчины и женщины — это своего рода социальный конструкт, полностью сформированная социальными силами, уже привело к серьезным последствиям в медицинской науке, и это также имеет последствия для моей области исследований.

Я изучаю природу и функцию женского оргазма. Людей может удивить, что существует целое направление науки, изучающей это явление, но это одна из самых сложных областей в эволюционной биологии. Я не утверждаю, что мы решили эту загадку. Однако я утверждаю, что мы знаем о женском оргазме гораздо больше, чем раньше. Например, женский оргазм многогранен по своей природе (в отличие от мужского) и связан с целым рядом сложных функций, связанных с фертильностью. Мужской оргазм имеет только одну (и довольно хорошо понятную) функцию, связанную с фертильностью: подкрепление сексуального поведения. Как получилось, что эти разительные различия между полами были упущены?

Основная причина в том, что исследователи секса, в некоторых случаях даже самопровозглашенные феминистки, часто продолжали рассматривать женский оргазм как простое дополнение к мужскому оргазму. С этой точки зрения — точки зрения побочного продукта — только мужской оргазм имеет свою функцию. Женские оргазмы существуют как некое послесловие природы. Таким образом, клиторы регулярно сравниваются с (нефункциональными) мужскими сосками, в частности, влиятельным палеонтологом Стивеном Джеем Гулдом. Однако это сравнение не выдерживает тщательной проверки. Клиторы не являются некачественными пенисами. Для начала, они большие, в среднем четыре дюйма в длину. Они очень сложные, но их структура — включая мышечную, эректильную и чувствительную ткани — в основном внутренняя.

Внешняя часть — головка — очень чувствительна, но и вся остальная часть тоже, когда она соответствующим образом возбуждена. Клиторы связаны с собственной специальной областью мозга (соматосенсорной корой), совершенно отличной от мужской версии. Чтобы убедиться в этом самостоятельно, вы можете прочитать множество замечательных работ, например, блестящего анатома Хелен О’Коннелл.

Если структура, генерирующая женский оргазм, по крайней мере, такая же, если не более сложная, чем мужской аналог, то нет смысла предполагать, что женская версия зависит от мужской. Это вдвойне справедливо в отношении самого события оргазма, что побудило выдающегося биолога Роберта Триверса сказать о женском оргазме: «Остается только удивляться, насколько часто Стив [Гулд] находился рядом с этим благословенным событием, чтобы рассматривать его как побочный продукт». Если мы ограничимся изучением женского оргазма или сексуального поведения человека только в лабораторных условиях, то мы рискуем упустить очень важные аспекты.

Позвольте мне конкретизировать этот момент. За последние несколько лет в зоопарках и парках дикой природы по всей планете наблюдается огромный рост рождаемости среди видов, которые раньше считались сексуально фригидными, например, панд. Почему? Все просто. Людей рядом не было. У животных была возможность уединиться от посторонних глаз. Неужели нужно напрягать воображение, чтобы понять, что в лабораторных условиях весь спектр сексуальных реакций человека может быть также приглушен? Неэффективность — отличительная черта хорошего секса, и люди используют уединение будуара не только для того, чтобы каждый из них как можно быстрее достиг оргазма. Мы используем это пространство, чтобы узнать друг о друге.

Лабораторные исследования — очень важная часть науки, но они не являются синонимом науки. Иногда — особенно в поведенческих науках — вещи необходимо изучать в максимально естественной обстановке. Это важно, потому что, если у вас нет каких-то особых вкусов, лаборатории не являются местом романтики, желания или эротики. Не случайно в человеческом эротизме присутствует напряжение, связанное с контролем и освобождением, доверием и риском, приватностью и открытостью. Это ключевые темы, которые мы должны знать о потенциальных партнерах.

В этот момент кто-то может сказать: «Подождите секунду. Если женский оргазм настолько сложен и приятен, то почему он так неуловим по сравнению с мужским?». Иными словами, почему существует разрыв в оргазме? На этот вопрос есть готовый ответ — женщины не созданы для оргазма. Столетие назад у Фрейда был похожий ответ, а именно: женщины психологически сломлены (или «фригидны», как он это называл). Однако размышление над начальной строкой этой статьи — а также над аналогичными важными соображениями — открывает гораздо более интересную возможность: Женские оргазмы разборчивы точно так же и по тем же причинам, как и все остальное в сексуальной сфере. Другими словами, женская оргазмическая реакция может быть частью огромного набора женских механизмов выбора.

Та сцена в фильме «Когда Гарри встретил Салли…» (не притворяйтесь, что вы не знаете, о чем я) неизменно вызывает дискомфорт у мужчин и смех у женщин. Это очень смешная сцена, но стоит немного разобраться в ее динамике. Мужчине неприятно, что женщина (и, как следствие, другие женщины) только притворяется, что получает удовольствие от секса, а женщина испытывает чувство триумфа от того, что обманула его. Задумайтесь на секунду, насколько это странно. Представьте себе, если бы вы играли в теннис, а один из партнеров с триумфом сказал бы вам, что он только притворялся, что наслаждается игрой… это было бы очень любопытно. Естественным ответом на эту мысль будет то, что обман делается для того, чтобы успокоить мужское эго, но тогда сразу возникает вопрос, почему мужское эго так привязано к удовольствию партнера — особенно если учесть, что мужчины часто имеют репутацию сексуальных эгоистов.

Более того, почему бы женщине в этом сценарии (которая, надо надеяться, знает, как мастурбировать) просто не рассказать (и не показать) мужчине, что ей нравится? Подумайте об обратном сценарии — мужчина, который «сопротивляется» женскому соблазнению, «триумфально» отказываясь от эрекции. Над кем бы теперь смеялись? Эта линия мысли побуждает нас вспомнить о других вещах, к которым мужчины обычно чувствительны и, следовательно, лгут во время свиданий. Эти вещи, такие как рост, богатство и статус, обладают бросающимися в глаза свойствами пригодности — что является еще одним способом сказать, что женщины выбирают их. Мужчины правы в том, что страдают от беспокойства по поводу результатов своей деятельности — их оценивают.

К счастью, хотя женщины могут быть несколько загадочными в спальне, они с удовольствием расскажут о своем сексуальном опыте, если вы вежливо попросите их об этом.

Итак, что же мы обнаружили, когда напрямую спросили женщин (и мужчин) об их опыте оргазма? В начале моей карьеры мне очень повезло, что два гиганта в области сексуальных исследований, канадцы Кеннет Мах и Ирвинг Биник, предоставили мне доступ к подробным клиническим данным о сексуальных реакциях. Они позволили нам (мне и моему научному руководителю по докторской диссертации Джею Бельски) заново проанализировать их данные, используя технику, называемую латентным классовым анализом, — своего рода статистический метод, который позволяет забрасывать различные типы данных в математическую воронку, вращать рукоятку и получать данные, отсортированные по возможным типам на основе базовых закономерностей. Оргазмы делились на одиночные или партнерские, а затем подразделялись по прилагательным, описывающим удовольствие и ощущения. Вкратце, то, что мы обнаружили, было большим разнообразием. Они различались по месту, интенсивности и многим другим признакам. Например, не всегда оргазм с партнером был предпочтительнее одиночного. Однако в этом первоначальном исследовании проводилось сравнение между отдельными людьми. Если женский оргазм служит испытательным стендом для партнеров, то для дальнейшего развития событий нам необходимо, чтобы женщины сравнивали свои ощущения от оргазма с разными партнерами.

На следующий год мы провели это исследование с сотнями женщин в возрасте от 18 до 84 лет (что само по себе обнадеживает) с пяти континентов. Мы получили множество данных о том, где находились места оргазма и связанные с ним ощущения, с разными партнерами.

Сами женские оргазмы, опять же, можно условно разделить на расположенные либо глубоко внутри, либо сравнительно на поверхности. Интересно, что более глубокие оргазмы сопровождались целым рядом ощущений, таких как парение, апноэ (задержка дыхания), чувство потери себя, ощущение внутренней пульсации — все это связано с нейромедиатором под названием окситоцин. Это важно, потому что уже около 50 лет мы знаем, что окситоцин не только связан с оргазмом у женщин, но и, если его ввести искусственно, он вызывает так называемую перистальтику матки — внутреннее движение материала, потенциально спермы, к фаллопиевым трубам.

Однако эти эффекты проявлялись не всегда — даже не всегда у одних и тех же женщин. Поэтому мы соотнесли эти эффекты с характеристиками и поведением партнера. На данный момент у ученых-эволюционистов есть целый пакет потенциальных характеристик партнеров, частично полученных из наблюдений за тем, что люди говорят, что хотят видеть в партнерах, а частично основанных на некоторых (разумных) предположениях о том, какие черты могли быть желательными в предковых состояниях. Были ли эти партнеры особенно мускулистыми? Нет. Особенно мужественными? Не особенно, хотя сексуальное доминирующее поведение предсказывало сексуальную реакцию, как и внимательность партнера, и энергичность проникновения. Последнее интересно потому, что у людей, в отличие от некоторых других приматов, нет кости в пенисе, которая помогала бы поддерживать его в эрегированном состоянии. И (не хочу показаться хвастуном) у нас самые большие пенисы среди всех приматов. Не самые большие по пропорциям — просто самые длинные и полные в обхвате. Таким образом, способность держать его в рабочем состоянии может быть честным сигналом здоровья и жизнеспособности. Однако самым сильным предиктором женской сексуальной реакции не был ни один из этих факторов — им оказался привлекательный запах партнера.

Это не станет сюрпризом, скажем, для Дженнифер Энистон, которая официально заявила, что нет лучшего запаха, чем запах любимого мужчины, но для нас это было интересным открытием. Это связано с тем, что запах, по-видимому, рекламирует ваш геном потенциальным партнерам. Наука сложна, и некоторые ее аспекты вызывают споры, но есть достоверные исследования, согласно которым совместимость иммунной системы — то, что сделает вашего ребенка здоровым, если вы будете рожать вместе — сигнализирует (в обе стороны) о том, насколько привлекательным вы находите запах вашего партнера. То, что обонятельные луковицы женщин, часть мозга, которая обрабатывает запахи, на 40 процентов плотнее, чем у мужчин, хорошо согласуется с пониманием того, что принятие решений здесь должно быть более острым, чем у мужчин.

Итак, вкратце, похоже, что Дарвин был прав, когда сказал: «Способность очаровывать самок была важнее, чем способность побеждать других самцов в бою».

Следующим нашим шагом было попытаться измерить более непосредственно, связан ли оргазм, испытываемый глубоко внутри, с удержанием спермы, то есть с увеличением шансов на беременность. Это было непросто, потому что для этого нужна контролируемая доза какого-то симулятора спермы (а мужчины не поставляются в контролируемых дозах) и способ стимулировать оргазм глубоко внутри. В конце концов мы придумали способ вызвать оргазм с помощью глубокого массажа тканей, используя (порнографический) промышленный стандарт Hitachi Magic Wand™, вещество с такими же свойствами вязкости, как у спермы, и устройство (в данном случае Mooncup™) для улавливания материала по мере его появления. Первые результаты обнадеживают. Однако они лишь предварительные, хотя вскоре после нашей публикации мы получили обнадеживающую информацию из клиники по лечению бесплодия, которая призывает своих клиентов максимизировать оргазм для повышения фертильности и добилась хороших результатов. Было бы неплохо подключиться к более масштабным подобным проектам, возможно, когда мир вернется к нормальной жизни.

Эссе Роберта Кинга, профессора прикладной психологии в Университетском колледже Корка.

Часть первая  Часть вторая

Когда около пяти лет назад я начал терять обоняние, я задумался о том, как этот сенсорный сдвиг повлияет на мои отношения с едой. Обоняние — ключевой компонент нашего восприятия вкуса, поэтому мне нужно было понять, как продолжать получать удовольствие от еды, которая долгое время была одним из главных удовольствий в моей жизни, даже когда я потерял способность воспринимать сложные ноты и ароматы. Вместо этого мне пришлось развивать в себе способность ценить такие вещи, как тепло и текстура. Мне также пришлось научиться готовить без подсказок запахов, но с осознанием того факта, что я больше не могу достоверно чувствовать запах дыма, гари или газа.

Но после того, как я смирился со своей новой кулинарной реальностью, когда я все больше и больше узнавал о разнообразном и влиятельном воздействии запаха на повседневную жизнь, мои мысли обратились к сексу. В конце концов, это моя работа как писателя о вопросах секса — думать о жизни через призму эротики. И я заметил, что примерно в то же время, когда мое обоняние начало ослабевать, секс стал казаться мне каким-то более плоским — как будто в нем было меньше обратной связи, втягивающей и поглощающей меня всего в этот момент. Мне стало интересно, было ли это совпадением или еще одним неожиданным эффектом моего медленного снижения чувствительности.

Однако, когда я отправился на поиски информации о влиянии потери обоняния на секс, мне с трудом удавалось ее найти. Несколько исследователей обоняния сказали мне, что ни они, ни их коллеги не изучали эту тему сколько-нибудь глубоко. А секс-педагоги и терапевты сказали мне, что, хотя они знают, что запахи могут действовать как возбуждающе, так и угнетающе на многих людей, они никогда не сталкивались с последствиями потери обоняния. Секс даже не часто поднимается в группах и на форумах пациентов с потерей обоняния, сказали мне несколько защитников, в основном потому, что многие люди все еще считают эту тему запретной.

Но по мере того, как я находил людей с потерей обоняния, готовых откровенно рассказать о своей интимной жизни, я понял, что вряд ли я одинок в установлении связи между проблемами обоняния и чувством сексуального отчуждения или сужения.

«Я думаю, что для большинства людей это довольно значительное влияние», — говорит Дункан Боак из группы по защите прав людей с нарушениями обоняния «Пятое чувство», который внезапно потерял все свое обоняние из-за травмы головы почти два десятилетия назад. «Для меня это точно так».

Боак добавил, что в ходе опроса группы «Пятое чувство» членов группы однажды спросили об их сексуальной жизни после потери обоняния, и процитировал один ответ, который запомнился ему: «Это как видеть мир в монохромном цвете, и я беспокоюсь, что никогда не смогу снова полноценно участвовать в социальной и сексуальной жизни». Аналогично, Крисси Келли из AbScent, британской группы по защите прав людей с нарушениями обоняния, которая впервые столкнулась с потерей обоняния в 2012 году, частично восстановила это чувство, а затем снова временно потеряла его дважды за последние два года в связи с COVID-19, говорит, что она «слышала от людей такие слова, как «секс теперь похож на обхватывание руками картонной коробки».

«Даже думая об этом сейчас, я чуть не плачу», — сказала мне Сандра, женщина, которая несколько лет назад потеряла обоняние, но позже восстановила его.

Отсутствие краткой и содержательной информации о влиянии потери обоняния на секс, несмотря на распространенный опыт сексуальных изменений среди людей с проблемами обоняния, расстраивает меня до бесконечности. Поэтому я решил отследить всю разрозненную и часто предварительную информацию о взаимодействии между запахом и сексуальностью, которую смог найти, и попытаться найти в ней смысл.

Анемичное состояние науки о запахах

Ученые, философы и художники давно утверждают, что запах может оказывать сильное влияние на влечение и возбуждение. Интуитивные предположения об этом взаимодействии дали нам тонну народной мудрости о якобы афродизиатических запахах, часто используемых в виде духов. Строгие, формальные исследования, изучающие точную динамику этого взаимодействия, относятся к середине 20-го века.

Однако исследованиям запахов в целом хронически не уделяется должного внимания, особенно по сравнению с исследованиями зрения и слуха. Несмотря на то, что, по самым скромным оценкам, по крайней мере 12 процентов американцев в той или иной степени ощущали потерю обоняния еще до пандемии коронавируса со всеми его обонятельными последствиями. Алан Хирш, ведущий ученый в области обоняния из Фонда исследований обоняния и вкуса, предполагает, что это происходит из-за преобладающего в современной культуре убеждения, что обоняние в чем-то уступает другим нашим чувствам или не имеет значения для человеческого опыта.

Примечательно, что мы часто считаем, что у человека обоняние развито слабо по сравнению с другими животными, и это потому, что мы больше полагаемся на зрение и звук, чтобы ориентироваться в окружающей среде. На самом деле, обонятельный потенциал у нас не меньше, чем у большинства животных, просто мы недостаточно используем обоняние, чтобы отточить его.

Некоторые исследователи обоняния считают, что пандемия коронавируса и вызванная ею волна потери обоняния по всему миру привлечет в ближайшие годы больше внимания к проблемам обоняния, а вместе с этим и больше финансирования для тщательных исследований. В конце концов, около половины людей, недавно принявших участие в опросе с симптомами COVID, сообщили, что они также испытывали потерю обоняния в течение определенного времени, и около дюжины специалистов по обонянию предполагают, что по крайней мере у 10 процентов из них, вероятно, будет долгосрочная потеря обоняния. Это огромная новая группа населения, нуждающаяся в помощи.

Наука об обонянии настолько скудна, что мы определили рецепторы в носу и задней стенке горла, которые определяют молекулы запаха и посылают сигналы в мозг для создания ароматов, которые мы чувствуем, только в 90-х годах. И мы до сих пор пытаемся понять, как именно работает этот путь восприятия. Мы не знаем, например, почему определенная смесь молекул запаха в одной концентрации может пахнуть вкусно, а в другой — неприятно. Например, сыр: пармезан прекрасно пахнет в небольшой дозе, но в больших дозах он пахнет как рвота. Мы также не знаем, почему, например, наш мозг воспринимает запахи картофеля, огурцов и помидоров вместе как запах мертвой рыбы. Мы даже не знаем, сколько различных запахов мы можем различать, и что считается нормальным обонянием, не говоря уже о том, как эта сложная сенсорная система взаимодействует со сложностями секса и влечения.

Большинство из нас не обращают особого внимания на пересечение запаха и секса в нашей личной жизни, утверждает секс-педагог Лоуренс Сигел, потому что современная культура говорит нам, что телесные запахи отвратительны, и продает нам тонны средств, чтобы скрыть их. Поскольку большинство из нас старается игнорировать запах в большинстве аспектов нашей жизни, Боак утверждает, что влияние запаха на секс часто является подсознательным, и это, по его мнению, является частью того, почему людям с потерей обоняния так трудно признать и говорить о том, как наше состояние влияет на секс. «Трудно понять последствия потери чего-то, когда вы никогда не осознавали значимость этого», — объясняет он.

Более того, до относительно недавнего времени большая часть культурной и академической полосы, доступной для обсуждения секса и запаха, была посвящена теме феромонов. Хотя мы обычно используем это слово в разговорной речи для обозначения запахов, вызывающих влечение, Эйвери Гилберт, независимый исследователь запахов (в настоящее время он изучает аромат каннабиса), объясняет, что на самом деле речь идет о химических веществах, выделяемых животными, которые вызывают автоматические реакции у их собратьев. «Представьте себе половой феромон таракана», — говорит он. «Нанесите каплю на ватную палочку, и каждый самец таракана на вашей кухне прилетит к ней и попытается с ней спариться». Это похоже на заклинание, определяющее сексуальное поведение.

В середине 20 века исследования феромонов других животных вызвали любопытство по поводу того, испускают ли люди феромоны, сексуальные или иные, или реагируют на них. Несколько дразнящих исследований, включая знаменитый рассказ о синхронизации менструальных циклов у женщин после нескольких месяцев жизни в тесном помещении, позволили предположить, что да, и что это может играть роль в наших сексуальных решениях и переживаниях. Однако более поздние исследования показали, что это знаменитое исследование менструаций, как и другие, на самом деле было всего лишь результатом статистической аномалии. И что орган, который большинство животных используют для обнаружения феромонов, у человека является лишь рудиментом. «С научной точки зрения, идея человеческих половых гормонов — мертвая гипотеза», — утверждает Эйвери.

Но это не помешало ученым продолжать уделять внимание этой теме, а парфюмерам — продавать так называемые ароматы на основе феромонов, которые якобы гарантированно приведут объект ваших желаний в бешенство и привлекут его к вам.

Когда сперма пахнет горелыми вещами

Однако за последние пару десятилетий несколько исследований позволили получить некоторые многообещающие, хотя и в значительной степени предварительные, сведения о роли запаха в сексуальной привлекательности: Например, они предположили, что многие женщины носят одежду своих партнеров из-за увлечения их уникальными запахами. Женщины, нюхающие футболки незнакомых мужчин, считают запах парней с ДНК, близкой к их собственной, менее привлекательным, чем запах мужчин с более разнообразной или отдаленной ДНК. И что мужчины способны улавливать сексуальное возбуждение по запаху женского тела.

В 1990-х годах Хирш также обнаружил, что 17 процентов людей с потерей обоняния испытывают те или иные сексуальные дисфункции. Совсем недавно небольшая группа немецких исследователей обоняния — одна из немногих групп, интересующихся влиянием потери обоняния на секс, — провела серию исследований, в ходе которых выяснилось, что у мужчин, родившихся без обоняния, в течение жизни было меньше сексуальных партнеров, чем у мужчин с обонянием; то же самое не наблюдалось у женщин. Более высокая чувствительность к запахам коррелирует с большим сексуальным удовольствием, а у женщин — с большим количеством оргазмов. И что примерно у четверти людей с потерей обоняния сексуальное влечение снижено, а депрессия выражена сильнее, чем у других людей.

Рассматривая эти результаты через призму более широких теорий, несколько ученых собрали воедино цельные теории о роли запаха в человеческой сексуальности. В частности, исследователь запаха Рейчел Херц объясняет, что многие эволюционные психологи считают, что женщины используют запах как индикатор здоровья мужчины и его иммунной системы — может ли он обладать генами, которые дополняют ее собственные и, таким образом, передают преимущества потенциальному ребенку. И что мужчины меньше заботятся о запахе, а больше о внешности, потому что они хотят передать свои гены как можно большему числу фертильных женщин, а внешность является лучшим маркером женской фертильности. Это не означает, что запах не имеет никакого значения для мужчин или имеет первостепенное значение для женщин. Но это предлагает связное изложение роли запаха в сексе — и объяснение большей чувствительности к запаху, которую, как кажется, демонстрируют женщины во многих исследованиях.

Однако в этих масштабных теориях легко проделать дыры, если вспомнить, скажем, о культурно-исторической обусловленности того, что люди считают привлекательным, будь то визуально или ольфакторно. И когда мы признаем, что они не учитывают всю информацию, полученную в ходе исследований, например, то, что полная потеря обоняния оказывает большее влияние на способность мужчин строить отношения, чем на способность женщин.

Большинство исследователей, стоящих за горсткой влиятельных исследований, посвященных взаимосвязи запахов и секса, также признают, что они довольно слабые. Они опираются на небольшие выборки, часто взятые из групп студентов университетов, и не учитывают потенциальные сбивающие переменные, например, насколько привлекательным кому-то кажется обслужи