Группа ученых из Университета Ньюкасла, Университета Ливерпуля и Университета Сент-Андруса (Rowe, Harris, & Roberts, 2005) усомнилась в выводах исследования по поводу влияния красного цвета на исход поединков, о котором я писал вчера. Они взяли данные с той же Афинской олимпиады 2004 года, но из спорта, в котором красный цвет вообще не применялся – дзюдо. Там, как и в других бойцовских видах спорта, цвета раздавались в случайном порядке, но только синий и белый. Исследователи использовали ту же самую методологию, что и их предшественники, для анализа 301 схватки.

Результаты показали, что, вне всяких сомнений, дзюдоисты в синих кимоно побеждали чаще, чем дзюдоисты в белом.  Ученые аналогично сделали анализ зависимости исхода поединка от мастерства борца и цвета его кимоно. с тем же, что и предыдущее иследование результатом: когда силы противников практически равны, тогда и цвет кимоно начинает играть роль.

Что же – ничего особенного в красном цвете нет, раз другие цвета имеют такую же природу влияния? И как объяснить победу синего над белым? Ученые не могли придумать никаких эволюционных объяснений такому феномену, но выдвинули гипотезу о влиянии яркости цветов для восприятия, и последующего изменения поведения.

Отвечая на это, первая команда ученых (Barton & Hill, 2005), отвергла объяснения о яркости и различимости цветов, и аргументировано усилили свое эволюционное объяснение сексуального выбора. Они отметили, что, оказывается, все такие данные справедливы только для мужчин. Так, в той же Олимпиаде 2004 года, в тех же видах спорта, в тайквондо и вольной борьбе, у женщин не было преимущества красного цвета над другими, а в дзюдо, женщины в синих кимоно не побеждали женщин в белых.

Итак, все-таки есть что-то особое в красном цвете. И можно было красиво объяснить природу этого феномена, если бы не добавился синий. И я не думаю, что мы получим в ближайшее время исчерпывающее объяснение, почему так происходит.

А эта же группа исследователей в 2005 году провела первоначальный анализ и влияния цвета маек в футболе. Но об этом завтра.

Barton, R. A., & Hill, R. A. (2005). Sporting contests: Seeing red? Putting sportswear in context (reply). [10.1038/nature04307]. Nature, 437(7063), E10-E11.

Rowe, C., Harris, J. M., & Roberts, S. C. (2005). Sporting contests: Seeing red? Putting sportswear in context. [10.1038/nature04306]. Nature, 437(7063), E10-E10.

Во всех смыслах полезная статья в PLoS Biology (Bolhuis et al., 2011), для тех, кто интересуется эволюционной психологией, которая критически подходит к священным, но пожилым коровам школы Университета Калифорнии в Санта-Барбаре. Эволюционная психология, как ее понимает эта школа, и что разделяют многие люди, – “современный череп с мозгом пещерного человека” (Cosmides & Tooby, 1997). Но это большое упрощение и не совсем или совсем не так.

Так, например,  классическая теория эволюционной психологии говорит о том, что мужчины выбирают свою партнершу, основываясь на возрасте, здоровье и физической привлекательности. Женщины же более избирательны и ищут в партнере готовность инвестировать в потомство. Современная же теория сексуальной селекции показывает, что существуют множество других факторов, определяющих поведение выбора. Это и неравномерность смертности среди двух полов, и плотность населения, и вариации качества партнеров и др. Эта теория предсказывает, что наша избирательность в выборе партнера будет выше, когда шансов встретить потенциальную половинку выше, и когда инвестиции в отпрысков высоки для обоих партнеров, вариации качества партнеров разнообразны и неисчислимы. Сколько потенциальных партнеров вы могли встретить 5000 лет назад в населенном пункте, где бы вы ни жили, по сравнению с сегодняшним днем, имея к тому же фейсбук и противозачаточные средства?  Сегодня мы имеем несравненно бóльший выбор и несравненно более избирательны. Требовались иные объяснения фактам того, что в различных культурах, с разными пропорциями количества мужчин и женщин, и даже разной нагрузкой патогенных заболеваний, сексуальная селекция принимала разнообразные формы.

Иными словами, не существует единственного универсального паттерна, даже обогащенного многочисленными стратегиями. И все больше свидетельств многообразию форм поведения, которое можно легче объяснить передачей культурных норм, нежели какой-то эволюционной стратегией.

Но апологеты безумных теорий и ярые противники дарвинизма – не надейтесь ни на что, тут речь только об изменении точек зрения с учетом последних достижений когнитивной психологии и прочих наук, для более мультидисциплинарного подхода.

Bolhuis, J. J., Brown, G. R., Richardson, R. C., & Laland, K. N. (2011). Darwin in mind: New opportunities for evolutionary psychology. PLoS Biol, 9(7), e1001109.

Cosmides, L. & Tooby, J. (1997). Evolutionary psychology: A primer. Available: http://www.psych.ucsb.edu/research/cep/p​rimer.html. Accessed 14 June 2011.

Парочка похожих по тематике статей из последних журналов:

Мы лучше распознаем лица людей, обладающих высоким статусом, по сравнению с людьми с низким статусом. При этом лучше работает социо-пространственная память (кого и где мы видели). Это все следствия феномена предпочтения внимания по отношению к лицам людей с высоким статусом – наш мозг выделяет больше ресурсов на это (Ratcliff et al., 2011). Происходит это, вероятно, потому, что чтение эмоций на лице человека с высоким статусом очень полезно для выживания, особенно если учесть популярное представление о том, что мы миллионы лет формировались как люди, живя небольшими группами до 100 человек. Теперь мы живем в совершенно других условиях, но наш мозг практически не изменился и продолжает руководствоваться полезными практиками первобытного человека. Интересно, а есть ли различия в восприятии человека с высоким статусом и человека с еще более высоким статусом? Уделяется ли все внимание менеджера начальнику своего босса, и если так, то боссу приходится мириться с недостаточным вниманием себе у подчиненных, когда поблизости его начальник.

Интересно, что то же самое происходит с нами, когда мы видим лица красивых людей. (Koranyi & Rothermund, 2011). Это необходимо для определения подходящего партнера, но что делать, чтобы человек уже остановился засматриваться на других самочек, с точки зрения эволюции? Потому что постоянные оглядывания на красивых особей мешают развитию отношений с существующим партнером. Психологи предположили, что это ориентирование (к красивым лицам противоположного пола) должно ослабевать, когда существующий рядом человек показывает свою романтическую привязанность. И подтвердили эту гипотезу – когда привлекательный потенциальный партнер отвечает взаимностью, показывая сигналы своего расположения, процесс предпочтение внимания к другим привлекательным лицам подавляется. Происходит это все, разумеется, автоматически, на подсознательном уровне, и мы едва ли можем контролировать это. А вот каким образом у находящегося рядом человека в мозге происходит оценка того, что предполагаемый партнер уж слишком засматривается на других особей, и самое время показать ему признаки романтического влечения? И что происходит с нашим вниманием, когда мы смотрим на очень красивое лицо человека с очень высоким статусом?!

Koranyi, N., & Rothermund, K. (2011). When the grass on the other side of the fence doesn’t matter: Reciprocal romantic interest neutralizes attentional bias towards attractive alternatives. Journal of Experimental Social Psychology, In Press, Accepted Manuscript. Doi: 10.1016/j.jesp.2011.06.012.

Ratcliff, N. J., Hugenberg, K., Shriver, E. R., & Bernstein, M. J. (2011). The allure of status: High-status targets are privileged in face processing and memory. Personality and Social Psychology Bulletin, 37(8), 1003-1015.

Фото отюда.